Лишение дееспособности психически больных рб

Содержание

Правозащитник Дмитрий Бартенев: «Лишение человека дееспособности часто используется для административного удобства, а не защиты его интересов»

Лишение дееспособности психически больных рб

В Беларуси многие люди с психическими и интеллектуальными заболеваниями оказываются в категории недееспособных, тем самым лишаясь права самостоятельно распоряжаться своей жизнью. Правозащитники считают, что они способны принимать самостоятельные решения, нужно лишь создать необходимые условия для их интеграции в окружающее сообщество

Люди с психическими и интеллектуальными заболеваниями – одна из самых уязвимых групп населения.

В Беларуси многие из них оказываются в категории недееспособных, тем самым лишаясь права самостоятельно распоряжаться своей жизнью.

Правозащитники считают, что эти люди способны принимать самостоятельные решения, нужно лишь создать необходимые условия для их интеграции в окружающее сообщество.

Проблему дееспособности людей с психическими и интеллектуальными заболеваниями обсудили в рамках Недели Доступности во время дискуссии, которая состоялась 27 апреля 2015 года в бизнес-клубе «IMАGURU». В обсуждении приняли участие правозащитники трех стран – Беларуси, России и Литвы.

Объясняя свое видение актуальности проблемы, участники дискуссии обратили внимание, что сегодня в Беларуси применяется устаревшая советская модель, когда проблема дееспособности не воспринималась как проблема прав человека, но как техническая процедура.

Чтобы защитить человека от предполагаемых последствий принятых им неразумных решений, его называли недееспособным и, таким образом, исключали из общества.

Сегодня, по мнению правозащитников, нужно изменить восприятие этой проблемы, поскольку дееспособность связана с возможностью человека реализовывать свои гражданские права.

«Недееспособные люди в Беларуси лишаются права распоряжаться своей жизнью – вступать в брак, подписывать документы о сделках, трудоустраиваться»

Суть проблемы недееспособности отдельных граждан кроется в подходе к ее решению. Белорусское право сохранило советскую конструкцию обладания дееспособностью и ее лишения, объяснил Сергей Дроздовский, координатор Офиса по правам людей с инвалидностью в Беларуси.

В белорусском законодательстве есть только два категоричных понятия: полная дееспособность или полная недееспособность.

Однако, когда речь идет о психических заболеваниях, нужно понимать, что каждый случай индивидуален, и одна и та же болезнь у каждого конкретного человека может протекать в разной степени тяжести и приводить к разным последствиям.

Поэтому право должно подходить к лишению дееспособности дифференцированно, считает Сергей Дроздовский. Хотя белорусское право и позволяет лишать дееспособности только через суд, но гражданский суд в нашей действительности несколько формален: решения принимаются скоротечно, на основе лишь результатов психиатрической экспертизы.

О количестве людей, признанных недееспособными в Беларуси, можно судить только по косвенным данным, т.к. эта информация находится в закрытом доступе. Тем не менее, можно сказать, что речь идет о десятках тысяч людей, т.к.

в Беларуси работает 46 психоневрологических интернатов, где проживают люди с психическими нарушениями или нарушениями метального характера.

А сложившаяся практика характеризуется тем, что все поживающие в белорусских интернатах лишены дееспособности.

По мнению правозащитника, многие люди оказываются в категории недееспособных из-за легкомысленного отношения к этой проблеме их родственников. В подтверждении своей мысли Сергей рассказал о распространенном случае. «Родственникам лица с инвалидностью нужно составить договор, касающийся решения вопроса, связанного с недвижимостью.

Нотариус отказывается это делать из-за наличия психического заболевания у одного из членов семьи, тогда родственники проходят процедуру лишения его дееспособности и решают свои административные вопросы. Спустя время, они хотят вернуть статус дееспособности родственнику, но оказывается, что сделать это очень сложно, если не невозможно».

Проблема дееспособности касается не одного или трех человек, а всего общества. И чаще всего мы ее решаем за счет человека, который и так несет бремя в силу ментальных нарушений, и решаем путем его исключения из общества – подвел итог Сергей Дроздовский.

«Даже когда с человеком случилась инвалидность, он не должен потерять достоинство и свободу»

Об альтернативном подходе к вопросу интеграции людей с инвалидностью в Англии и Литве рассказала Угне Григайте, правозащитник, сотрудник общественной организации «Перспективы психического здоровья» (Литва).

В Англии основополагающими ценностями в отношении всех людей, независимо от степени их здоровья являются уважение, достоинство и свобода. Это привело к формированию к личностно-ориентированному подходу. О нем говорят, когда имеют ввиду, что человек с инвалидностью должен быть в центре, его нужды должны учитываться и иметь первостепенный характер.

Также в английской практике применяется понятие целостно-ориентированного подхода. Это значит, что социальный работник подходит к своей работе целостно – он оценивает нужды инвалида и думает о том, как их удовлетворить.

Тот же подход применяется и в отношении решения вопроса дееспособности.

«Я, как социальный работник, оцениваю, может ли каждый конкретный человек принять конкретное решение и что я могу сделать, чтобы помочь принять ему это решение» – объяснила значение термина Угне Григайте, которая на протяжении шести лет работала в Англии социальным работником.

В Беларуси доминирует медицинское понимание инвалидности, как и в Литве. Но в Англии другая картина – применяется социальный подход, который формировался там с 1970-х гг.

Социальный подход смещает акценты: инвалидность – это не проблема, их создает общество, которое препятствует человеку с инвалидностью полностью реализовать себя.

«Если инвалид-колясочник подъезжает к зданию, где нет пандуса и из-за этого не может в него войти, это значит, что проблему для него создало общество, которое не позаботилось о том, чтобы расширить возможности человека с инвалидностью» – на простом примере объяснила суть социального подхода Угне Григайте.

В отношении людей с психическими заболеваниями в Англии действует презумпция недееспособности: всегда предполагается что человек дееспособен, пока не доказано обратное. Также исходят из того, что человека нельзя считать неспособным принимать решения, если не попробовать всех возможных способов помочь ему принимать решения.

«Возможно, человек не обладает связной речью и не способен заявлять о своих решениях вербально, но может изъясняться жестами или путем рисунков.

Также нужно учитывать состояние здоровья: может быть утром человек чувствует себя хуже, а вечером лучше – тогда нужно общаться с ним вечером – поделилась практическим опытом работы Угне Григайте и продолжила – нам может казаться, что человек принимает неблагоразумное решение, оценивая его на основе собственной системы ценностей.

Но нужно посмотреть на это с другой стороны – если человек принимает решение, которое нас кажется неблагоразумным, это еще не значит, что оно не имеет право на существование, просто у него другие ценности, на основе которых он принимает это решение».

Если все же существует необходимость лишения дееспособности человека в какой-то сфере, в Англии руководствуются принципом наименьшего ограничения. Если человек не может решать, где ему жить, это не значит, что человек не способен самостоятельно принимать других решений. Действует подход: конкретный человек, конкретная ситуация, конкретное решение.

В Литве работа над реформированием законодательной базы в отношении людей с инвалидностью началась только в 2013 году, а принятые поправки вступят в силу только с 1 января 2016 года.

Угне, член рабочей комиссии по реформированию законодательства, отметила, что даже со стороны правительства ощущается сдержанное отношение к этой реформе, потому что люди по-прежнему не осознают актуальность проблемы.

Несмотря, на долгий процесс переговоров, важные изменения в литовских законах произойдут:

  • реализован личностно-ориентированный подход: каждая ситуация будет рассматриваться отдельно
  • раз в год человек, признанный недееспособным, сможет попросить о пересмотре своего состояния дееспособности;
  • появится возможность заключить контракт для помощи в решении проблем;
  • человек, осознающий неминуемое ухудшение состояния своего здоровья, сможет принять важное решение заранее и записать его, чтобы на тот момент, когда он станет недееспособным, оно уже было зафиксировано.

«Что можно сделать, чтобы человек с инвалидностью мог пойти и получить необходимые блага самостоятельно?»

«Сложные проблемы невозможно решить простыми способами, особенно, когда они связаны с вопросом соблюдения прав человека» – еще раз актуализировал обсуждаемый вопрос Дмитрий Бартенев, эксперт-практик, адвокат (Россия).

Мы исходим из того, что человек с инвалидностью не способен совершать активные действия, чтобы получить какие-то блага или права в обществе, добиться для себя чего-то.

И назначаем человека, который идет и получает эти блага для него – опекуна, лишая лицо с инвалидностью тем самым самостоятельности.

Но смотреть на эту проблему нужно по-другому и отвечать на вопрос: что можно сделать, чтобы человек мог пойти и получить эти блага самостоятельно – считает Дмитрий.

https://www.youtube.com/watch?v=mZqufRePIaA

В своей адвокатской практике он столкнулся с ситуацией, когда конституционный суд РФ признал несоответствие статьи гражданского кодекса Конституции РФ. С этого началось реформирование законодательства в этой сфере в России.

«Женщина всю жизнь прожила в интернате, и все это время имела возможность самостоятельно распоряжаться своими 25% пенсии. В 46 лет ее признали недееспособной, из-за чего она лишилась этого права, а вместе с тем обычного человеческого достоинства.

Тратить остатки пенсии – это возможность ощущать себя полноценным хотя бы в рамках того ограниченного формата, который предлагает интернатная жизнь» – рассказал адвокат.

В результате проведенной работы по реформированию законодательства в Гражданском кодексе РФ с марта 2015 года вступили в силу следующие изменения:

  • поддержка лица с инвалидностью в принятии решений;
  • появился компонент ограниченной дееспособности, таким образом, введен дифференцированный подход;
  • появилась норма, которая обязывает опекуна учитывать мнение и пожелания своего подопечного в отношении всех действий, которые он совершает.

В заключении дискуссии эксперты обсудили проблемы, связанные с реформированием законодательства в этой сфере.

«Реализация нового подхода потребует финансовых затрат, и чтобы на это решиться, в обществе должна произойти перемена мировоззрения»

Предоставление самостоятельности людям с психическими заболеваниями потребует изменения системы финансирования, т.к. предполагает сокращение количества интернатов и появление альтернативных способов проживания. Однако, по мнению правозащитников, денег, которые выделяются сейчас на содержание интернатов будет достаточно для организации альтернативных форм проживания.

И начинать нужно с включения общества в решение проблемы, перемены отношения к людям с инвалидностью, с осознания этой категории граждан как тех, кто нуждается в интеграции, а не отстранении их от участия в жизни общества.

Константин Горецкий

Интересно?

Источник: https://bel.biz/completed/management/mneniya/pravozashhitnik-dmitrij-bartenev-lishenie-cheloveka-deesposobnosti-chasto-ispolzuetsya-dlya-administrativnogo-udobstva-a-ne-zashhity-ego-interesov/

Нет у человека прав — нет проблемы? Как в Беларуси лишают дееспособности

Лишение дееспособности психически больных рб

Генеральная прокуратура инициирует передачу функций органа опеки в отношении недееспособных граждан от Министерства здравоохранения к Министерству труда и социальной защиты.

«Сотни людей… без необходимой социальной помощи»

Недееспособными граждане признаются решением суда вследствие психического расстройства либо злоупотребления алкоголем или наркотиками. Недееспособность означает, что человек не может принимать решения в отношении имущества, лечения, выбора места жительства, участия в выборах, обращения в суд, воспитания детей, общения с близкими.

По законодательству функции опеки и попечительства в отношении недееспособных лиц возложены на управления здравоохранения. Однако опыт показывает, что система здравоохранения с этими обязанностями хронически не справляется.

Во многом ситуация связана с тем, что органы и учреждения здравоохранения не уполномочены комплексно решать проблемы недееспособных граждан, например, жилищный и другие вопросы правоотношений. В результате многие из таких граждан остаются без должной соцподдержки.

Генеральная прокуратура, осуществляющая надзор за соблюдением прав недееспособных граждан, в последние годы несколько раз поднимала вопрос о недостаточном уровне координации вопросов опеки между различными государственными органами и несовершенстве правового регулирования этой сферы.

В очередной раз об этом на днях заявил заместитель генерального прокурора Алексей Стук:

«В результате просчетов органов управления здравоохранением, невыполнения ими функции опеки сотни людей, признанных недееспособными вследствие психических заболеваний, остались без необходимой социальной помощи».

По требованию Генпрокуратуры правительство, Минздрав и Минтруда прорабатывают изменения в законодательство на предмет передачи функций опеки над недееспособными гражданами от Минздрава к органам социальной защиты.

Также предлагается перераспределить полномочия госорганов в сфере опеки с учетом их компетенции.

Не кто отвечает, а как!

Передача опеки над недееспособными от одного ведомства другому не влияет на соблюдение прав этой категории граждан, считает директор Офиса по правам людей с инвалидностью Сергей Дроздовский.

«Это перестановка слагаемых, не более, — отметил эксперт в комментарии для Naviny.by. — Хотелось бы, чтобы прокуратура обратила внимание на то, что институт лишения дееспособности в Беларуси подрывает обеспечение и гарантии прав человека. На мой взгляд, прокуратура должна была бы озаботиться проблемой обеспечения прав человека для этих людей в полной мере».

Сергей Дроздовский считает, что необходимо вести речь не о том, кто будет отвечать за людей, лишенных дееспособности, а о том, чтобы создать такие условия, при которых эти люди будут иметь высокую степень защищенности:

«Вопрос не в опекуне — Минздрав это или Минтруда, а в самом характере видения этого института, который в Беларуси является полной заменой человеческой правоспособности. Человек мыслит, чувствует, испытывает желания, а с точки зрения закона с лишением дееспособности лишается и всех своих прав».

Офис по правам людей с инвалидностью сталкивался с ситуациями, когда человека лишали дееспособности только для удобства.

Например, исполняется 18 лет ребенку с особенностями развития, и родители, чтобы не испытывать в будущем лишних трудностей, лишают его дееспособности.

Или родственники добиваются лишения дееспособности своих близких, исходя из материальных соображений — в борьбе за наследство, жилплощадь и т.д.

Были случаи, когда человека лишали дееспособности лишь из-за их особенностей поведения, которые можно назвать странностями. Например, пожилая женщина часто писала жалобы на работу поликлиники, некоторые жалобы были в стихах. Главный врач инициировала процесс, и женщина, которая жила самостоятельно, была признана недееспособной с формулировкой «некритически относится к своим убеждениям».

В Офисе по правам людей с инвалидностью также сталкивались с такой формулировкой причины недееспособности как «для помещения в интернат».

В Беларуси работает 47 психоневрологических домов-интернатов. Все они находятся в ведомстве Министерства труда и социальной защиты. Там содержится, по разным оценкам, 15-16 тысяч человек.

Потерять легко, восстановить почти невозможно

Остро также стоит и проблема восстановления дееспособности. Согласно белорусскому законодательству, обращаться в суд для восстановления дееспособности может только орган, который ходатайствовал о ее лишении (прокурор, органы опеки, лечебные учреждения), или опекун.

В интернатах опекуном недееспособных является директор, который отвечает и за то, как будет жить его бывший подопечный после выхода из интерната. Очень часто руководство интернатов не хочет брать на себя дополнительную ответственность и не проявляет заинтересованности в возвращении дееспособности.

По данным Офиса по правам людей с инвалидностью, из психоневрологических интернатов Минска в прошлом году выбыли лишь 17 человек. Часть из них восстановили свою дееспособность, другие перешли под опеку родственников.

Еще в 2013 году Конституционный суд предложил Совету министров подготовить изменения и дополнения в Гражданский кодекс для закрепления еще одного вида ограничения дееспособности — частичной дееспособности. Соответствующий законопроект был подготовлен, но пока прошел только первое чтение.

Чтобы человек с психическим заболеванием оставался в устойчивом состоянии и мог жить самостоятельно, надо заниматься профилактикой. В Беларуси же недостаточно развиты приближенные к месту жительства сервисы для поддержки людей с психическими заболеваниями, считает Сергей Дроздовский.

Речь идет о том, что человек с психическим заболеванием должен быть обучен навыкам самоконтроля, обладать умением принять меры по купированию негативных проявлений и вовремя обратиться к врачу. Однако в Беларуси, отметил Дроздовский, психиатрическая помощь для многих сложнодоступна, особенно в регионах.

Стигматизация, распространенная в обществе в отношении больных с психическими заболеваниями, порождает самостигматизацию. Психически нездоровые люди сами начинают относиться к себе как к ненормальным, не общаются с другими людьми, решают пересидеть кризис, тем самым усугубляя свое состояние и увеличивая шансы потерять дееспособность и оказаться в психоневрологическом интернате.

«Нам бы хотелось, чтобы в Беларуси центр принятия решений в части дееспособности, поддержки людей с психическими заболеваниями был смещен с медицинских на социальные составляющие. В любом случае, речь надо вести не о смене опекунов, а о системном подходе понимания недееспособности, психических заболеваний и ментального здоровья в целом», — заключил Сергей Дроздовский.

Источник: https://naviny.by/article/20180627/1530077415-net-u-cheloveka-prav-net-problemy-kak-v-belarusi-lishayut-deesposobnosti

Условия и порядок признания гражданина недееспособным

Лишение дееспособности психически больных рб

В силу предписаний ст.21 Гражданского кодекса Республики Беларусь (далее – ГК) никто не может быть ограничен в правоспособности и дееспособности иначе как в случаях и порядке, установленных законом.

При этом закон допускает случаи вмешательства в сферу дееспособности гражданина, в частности, если это обусловлено наличием у него психического расстройства (душевной болезни или слабоумия), в силу которого он не может понимать значение своих действий или руководить ими.

Так, согласно п.1 ст.29 ГК гражданин, который вследствие психического расстройства (душевной болезни или слабоумия) не может понимать значения своих действий или руководить ими, может быть признан судом недееспособным в порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством. Над ним устанавливается опека.

Таким образом, для решения вопроса о признании гражданина недееспособным необходимо наличие в совокупности следующих условий:

  1. наличие у гражданина психического расстройства (душевной болезни или слабоумия);
  2. невозможность гражданином понимать значение своих действий и руководить ими.

В то же время гражданин, страдающий психическим расстройством, которое не лишает его способности понимать значение своих действий или руководить ими, не может быть признан недееспособным.

В соответствии с ч.2 ст.

373 Гражданского процессуального кодекса Республики Беларусь (далее – ГПК) дело о признании гражданина недееспособным вследствие душевной болезни или слабоумия может быть начато по заявлению членов его семьи, а в случае их отсутствия – близких родственников, прокурора, органа опеки и попечительства, психиатрической (психоневрологической) организации здравоохранения.

При этом к членам семьи относятся: супруг (супруга), дети и родители, усыновители, усыновленные, родные братья и сестры, дед, бабка, внуки, а также другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы и иные лица, которые проживают совместно с гражданином, в отношении которого ставится вопрос об ограничении дееспособности, и ведут с ним общее хозяйство (п. 9 ч. 1 ст. 1 ГПК).

Такое право предоставлено в равной мере всем указанным в ч. 2 ст. 373 ГПК лицам, за исключением близких родственников, которые могут обратиться в суд с заявлением о признании гражданина недееспособным только при отсутствии членов семьи у этого гражданина.

Круг лиц, обладающих правом на предъявление требований о признании гражданина недееспособным, является исчерпывающим. При обращении с заявлением лиц, не указанных в ч.2 ст. 373 ГПК, судья отказывает в возбуждении дела, а в случае обнаружения данного обстоятельства в ходе судебного разбирательства прекращает производство по делу (ч. 3 ст. 362 ГПК).

Так, в заявлении суду заявитель А. указала, что ее отец К. в силу своего возраста и из-за умственного расстройства не может понимать значение своих действий.

В последние два года он является лежачим больным, страдает частичной потерей памяти, не может поддерживать беседу, не понимает о чем идет речь, не может сам одеваться и совершать гигиенические процедуры, плохо ориентируется в окружающей обстановке. Из-за болезни нуждается в опеке.

Просила признать отца недееспособным.

В судебном заседании супруга отца Н. ходатайствовала о прекращении производства по делу на основании ч.3 ст.362 ГПК, пояснив, что К. постоянно проживает с ней по другому адресу, ведет с ней совместное хозяйство. Его дочь А. не является членом его семьи и не обладает правом на обращение в суд с заявлением о признании К. недееспособным.

В судебном заседании прокурор также полагал, что производство по делу подлежит прекращению на основании ч.3 ст.362 ГПК.

Определением суда производство по делу прекращено, поскольку судом установлено, что заинтересованное лицо К. проживает с супругой Н. и ведет с ней совместное хозяйство.

Заявитель (дочь) проживает по другому адресу, отец с ней не проживал в течение последних двух лет. Указание А. о приобретении для отца К.

продуктов питания, медикаментов, одежды не свидетельствует о ведении совместного с ним хозяйства.

При кассационном рассмотрении дела определение суда осталось без изменения, а частная жалоба А. – без удовлетворения.

Заявление о признании гражданина недееспособным подается в суд по месту жительства данного гражданина, а если это лицо помещено в психиатрическую (психоневрологическую) организацию здравоохранения, – по месту нахождения психиатрической (психоневрологической) организации здравоохранения.

Согласно ч.4 ст.373 ГПК в заявлении о признании гражданина недееспособным должны быть изложены обстоятельства, свидетельствующие об умственном расстройстве, вследствие которого лицо не может понимать значения своих действий или руководить ими.

При этом психическое состояние гражданина определяется судебно-психиатрической экспертизой, поэтому ее назначение по делам о признании гражданина недееспособным является обязательным при наличии достаточных данных о душевной болезни или слабоумии гражданина. Такими данными являются, в частности, сведения, содержащиеся в выписке из истории болезни; справке о состоянии на учете и лечении в психиатрических лечебных учреждениях; свидетельстве об инвалидности в связи с психическим заболеванием и т.п.

Признание гражданина недееспособным является основанием для установления над ним опеки. От имени гражданина, признанного недееспособным, сделки совершает его опекун.

Для назначения опекуна суд в течение трех дней со дня вступления решения в законную силу высылает его копию органу опеки и попечительства по месту жительства лица, признанного недееспособным (ч.5 ст.375 ГПК).

Судебные расходы по делу о признании гражданина недееспособным с заявителя не взыскиваются. Однако если судом будет установлено, что заявитель действовал недобросовестно с целью заведомо необоснованного лишения дееспособности гражданина, суд взыскивает с него все судебные расходы (ч.4 ст.375 ГПК).

Источник: https://centr.minsk.gov.by/sfery-deyatelnosti/zakonnost-i-pravoporyadok/pravookhranitelnye-organy/prokuratura-tsentralnogo-rajona-g-minska/3671-usloviya-i-poryadok-priznaniya-grazhdanina-nedeesposobnym

Нет у человека прав — нет проблемы? Как в Беларуси лишают дееспособности — Сильные новости

Лишение дееспособности психически больных рб

Генеральная прокуратура инициирует передачу функций органа опеки в отношении недееспособных граждан от Министерства здравоохранения к Министерству труда и социальной защиты.

«Сотни людей… без необходимой социальной помощи»

Недееспособными граждане признаются решением суда вследствие психического расстройства либо злоупотребления алкоголем или наркотиками. Недееспособность означает, что человек не может принимать решения в отношении имущества, лечения, выбора места жительства, участия в выборах, обращения в суд, воспитания детей, общения с близкими.

По законодательству функции опеки и попечительства в отношении недееспособных лиц возложены на управления здравоохранения. Однако опыт показывает, что система здравоохранения с этими обязанностями хронически не справляется.

Во многом ситуация связана с тем, что органы и учреждения здравоохранения не уполномочены комплексно решать проблемы недееспособных граждан, например, жилищный и другие вопросы правоотношений. В результате многие из таких граждан остаются без должной соцподдержки.

Генеральная прокуратура, осуществляющая надзор за соблюдением прав недееспособных граждан, в последние годы несколько раз поднимала вопрос о недостаточном уровне координации вопросов опеки между различными государственными органами и несовершенстве правового регулирования этой сферы.

В очередной раз об этом на днях заявил заместитель генерального прокурора Алексей Стук:

«В результате просчетов органов управления здравоохранением, невыполнения ими функции опеки сотни людей, признанных недееспособными вследствие психических заболеваний, остались без необходимой социальной помощи».

По требованию Генпрокуратуры правительство, Минздрав и Минтруда прорабатывают изменения в законодательство на предмет передачи функций опеки над недееспособными гражданами от Минздрава к органам социальной защиты.

Также предлагается перераспределить полномочия госорганов в сфере опеки с учетом их компетенции.

Не кто отвечает, а как!

Передача опеки над недееспособными от одного ведомства другому не влияет на соблюдение прав этой категории граждан, считает директор Офиса по правам людей с инвалидностью Сергей Дроздовский.

«Это перестановка слагаемых, не более, — отметил эксперт в комментарии для Naviny.by. — Хотелось бы, чтобы прокуратура обратила внимание на то, что институт лишения дееспособности в Беларуси подрывает обеспечение и гарантии прав человека. На мой взгляд, прокуратура должна была бы озаботиться проблемой обеспечения прав человека для этих людей в полной мере».

Сергей Дроздовский считает, что необходимо вести речь не о том, кто будет отвечать за людей, лишенных дееспособности, а о том, чтобы создать такие условия, при которых эти люди будут иметь высокую степень защищенности:

«Вопрос не в опекуне — Минздрав это или Минтруда, а в самом характере видения этого института, который в Беларуси является полной заменой человеческой правоспособности. Человек мыслит, чувствует, испытывает желания, а с точки зрения закона с лишением дееспособности лишается и всех своих прав».

Офис по правам людей с инвалидностью сталкивался с ситуациями, когда человека лишали дееспособности только для удобства.

Например, исполняется 18 лет ребенку с особенностями развития, и родители, чтобы не испытывать в будущем лишних трудностей, лишают его дееспособности.

Или родственники добиваются лишения дееспособности своих близких, исходя из материальных соображений — в борьбе за наследство, жилплощадь и т.д.

Были случаи, когда человека лишали дееспособности лишь из-за их особенностей поведения, которые можно назвать странностями. Например, пожилая женщина часто писала жалобы на работу поликлиники, некоторые жалобы были в стихах. Главный врач инициировала процесс, и женщина, которая жила самостоятельно, была признана недееспособной с формулировкой «некритически относится к своим убеждениям».

В Офисе по правам людей с инвалидностью также сталкивались с такой формулировкой причины недееспособности как «для помещения в интернат».

В Беларуси работает 47 психоневрологических домов-интернатов. Все они находятся в ведомстве Министерства труда и социальной защиты. Там содержится, по разным оценкам, 15-16 тысяч человек.

Потерять легко, восстановить почти невозможно

Остро также стоит и проблема восстановления дееспособности. Согласно белорусскому законодательству, обращаться в суд для восстановления дееспособности может только орган, который ходатайствовал о ее лишении (прокурор, органы опеки, лечебные учреждения), или опекун.

В интернатах опекуном недееспособных является директор, который отвечает и за то, как будет жить его бывший подопечный после выхода из интерната. Очень часто руководство интернатов не хочет брать на себя дополнительную ответственность и не проявляет заинтересованности в возвращении дееспособности.

По данным Офиса по правам людей с инвалидностью, из психоневрологических интернатов Минска в прошлом году выбыли лишь 17 человек. Часть из них восстановили свою дееспособность, другие перешли под опеку родственников.

Еще в 2013 году Конституционный суд предложил Совету министров подготовить изменения и дополнения в Гражданский кодекс для закрепления еще одного вида ограничения дееспособности — частичной дееспособности. Соответствующий законопроект был подготовлен, но пока прошел только первое чтение.

Чтобы человек с психическим заболеванием оставался в устойчивом состоянии и мог жить самостоятельно, надо заниматься профилактикой. В Беларуси же недостаточно развиты приближенные к месту жительства сервисы для поддержки людей с психическими заболеваниями, считает Сергей Дроздовский.

Речь идет о том, что человек с психическим заболеванием должен быть обучен навыкам самоконтроля, обладать умением принять меры по купированию негативных проявлений и вовремя обратиться к врачу. Однако в Беларуси, отметил Дроздовский, психиатрическая помощь для многих сложнодоступна, особенно в регионах.

Стигматизация, распространенная в обществе в отношении больных с психическими заболеваниями, порождает самостигматизацию. Психически нездоровые люди сами начинают относиться к себе как к ненормальным, не общаются с другими людьми, решают пересидеть кризис, тем самым усугубляя свое состояние и увеличивая шансы потерять дееспособность и оказаться в психоневрологическом интернате.

«Нам бы хотелось, чтобы в Беларуси центр принятия решений в части дееспособности, поддержки людей с психическими заболеваниями был смещен с медицинских на социальные составляющие. В любом случае, речь надо вести не о смене опекунов, а о системном подходе понимания недееспособности, психических заболеваний и ментального здоровья в целом», — заключил Сергей Дроздовский.

Источник: https://gomel.today/rus/article/society-801/

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.